Википедия
Бви́ти или буи́ти — традиционная африканская религия , основанная на приёме священного растения ибога . Видения, вызываемые этим растением, являются центральным опытом для её последователей. Бвити распространена в Западной части Центральной Африки среди племён бабонго и митсого на территории Габона и народа фанг (Габон и часть Камеруна ). В последние десятилетия бвити распространяется на соседние страны ( Республика Конго , Демократическая Республика Конго , Экваториальная Гвинея ). Несмотря на энергичное противостояние католических миссий, в Габоне бвити очень популярна и наряду с исламом и христианством имеет статус официальной религии .
Бвити представляет собой совокупность анимизма , поклонения предкам и — в городах — элементов христианства . Центральное место занимает употребление коры корня психоактивного растения ибога ( Tabernanthe Iboga ), с активным компонентом ибогаин . Собственно, дух Ибоги и есть главным лицом религии бвити: это пара мужчины и женщины- первопредков , носителей фундаментальной мудрости. Дух ибоги очень директивен: «показывая» человеку все его грехи и оплошности, он требует от него измениться.
Сейчас фактически есть две бвити: традиционная, «чистая» бвити, сохраняющаяся в глубине страны, и городская, обросшая христианскими элементами. Между ними есть различия: например, традиционная бвити предназначена только для мужчин, и женщинам принимать в ней участие нельзя (в этом случае для них предусмотрены специальные женские ритуалы нджембе ), в то время как «адаптированный» вариант разрешает женщинам участвовать и даже вести церемонии.
Примеры употребления слова бвити в литературе.
Зная по опыту, что в подобных юртах всегда имеются кумыс и айран, я предложил Оле прогуляться до юрт и попить одного или другого напитка.
Я вспомнил юрту, где мы с Олей пили айран, и действительно добыл там двухлитровую банку свежей сметаны, которую и бухнул в ведро целиком, когда суп уже был готов и миски были разобраны.
Этот акын дал дуба у себя в юрте с перепою, то есть умер, загнулся, но пока дошла горькая вестушка до Москвы, мой знакомый переводчик еше лет пять строчил за покойничка все новые и новые сказания и поэмы, и газеты славили акына, не ведая, что его шайтан забрал.
Аманкул и джигиты так увлеклись разговорами, что не заметили, как в юрту вошел акын Нурым.
Но езда в автомобиле, ночевки в киргизских юртах, фотографирование отар и табунов, питье кумыса и поглощение бешбармака, скачки на спортивном празднике, посещение санатория Джеты-Огус, купание в Иссык-Куле, знакомство с городом Пржевальском -- все это не были горы в чистом виде, и поэтому я считаю, что горных дней было только два, когда, покойный теперь, старый альпинист Рудольф Павлович Маречек затащил нас с фотокорреспондентом Тункелем к границам снегов.
Благодаря помощи моего анды и хана-отца Тогорила, у меня довольно скота, юрт и кибиток.
Источник: библиотека Максима Мошкова